June 1st, 2013

Дрезден, предыстория.

  Давным давно, в неизвестном мне 1963-ем году, когда вступила в силу первая Конституция независимого Кувейта, на Алькатрасе закрыли тюрьму, а Боливия разорвала дипломатические отношения с ЮАР, маменьке моей стукнуло 17 лет. Богат был на события этот далёкий 63-ий.
  А старший маменькин брат учился в ту пору в ЛГУ на философском факультете. И уж где и каким макаром познакомился он со студентом из ГДР - понятия не имею: может, лекции у них были какие-то совместные, а может, в пивнушке разговорились, постукивая воблой по столу (дядюшка мой по молодости был весьма общителен и неглуп, довольно сносно изъяснялся на немецком и французском, а уж кутила был - первый сорт), - да только познакомились они и подружились, это факт. И однажды на майские праздники привёз дядюшка этого немецкого студента в родительский дом, погостить. Показать, как живёт русская провинция, чем питается да как развлекается.
  Приехал немец, познакомился с маменькой моей и потерял голову. Либе-либе, аморе-аморе. Два дня, что гостил в их доме, проходу не давал, везде как хвостик за ней болтался. Мама в магазин, и он следом - сумки помочь донести; мама в огород, и он туда же - землю копать да картошку сажать; мама вечером в клуб на танцы, и этот хлюст в пляс - кавалеров деревенских немытых разгонять.
  Подружки мамины от зависти все локти себе искусали: шутка ли - настоящий иностранец ухаживает. Маменька, однако, к этим ухаживаниям осталась равнодушна: у неё тогда был жених, бравый моряк, мама верно ждала его из рейса и по сторонам нее смотрела.Collapse )